Поиск по сайту

gosuslugi img

Любовь Батилова: "Мы и не поняли, как началась война...".

11 апреля – Международный день освобождения узников концлагерей

В начале 1943 года армия Гитлера потерпела поражение под Сталинградом и на Курской дуге. Немцы перешли к обороне. Вряд ли послевоенное поколение вкладывает в слово «оборона» тот смысл, которым наделяли его люди военного времени. Оборонялись не только оружием и заминированными полями. Оборонялись живыми людьми: стариками, женщинами, детьми. Идея была простой и хладнокровно-циничной: загнать на передний край обороны в местах возможного прорыва советских войск гражданское население. Эти места называли концлагерями. Живым щитом вставали узники этих лагерей на пути советских солдат: заражали пленников тифом – красноармейцы, которые непременно будут спасать людей из концлагерей, получат смертельную болезнь. Участь «живого щита» постигла миллионы людей, попавших в немецкий плен и согнанных в лагеря смерти.

Как началась война

Сканировать10002Любовь Короткова, 1957 г.

Жительница Невского округа Любовь Михайловна Батилова родилась 2 февраля 1939 года.

- Семья была большая и дружная, - рассказывает женщина. – Нас у мамы с папой пятеро народилось. Я – самая младшая. Родители – простые люди. Жили в Калининской области у маминого отца – крестьянина с крепким хозяйством. Когда началась коллективизация и раскулачивание, он распределил весь скот между своими детьми – кому корову, кому свинью. Это спасло его от репрессий. А потом, в 30-е годы, в области началась голодовка из-за неурожая, и мои родители по приглашению папиного друга – председателя коммуны, переехали в деревню Домашово Кингисеппского района Ленинградской области. Уже перед самой войной жить стали хорошо. Женщины начали рожать детей. Вот и я родилась за два года до начала войны.

Глава семьи Коротковых (девичья фамилия Любови Михайловны Батиловой – прим. авт.) участвовал в Финской войне. Пошел защищать Родину и в Великую Отечественную. Пропал без вести. Найти его или хотя бы получить какие-то известия о нем Любовь Михайловна пытается всю жизнь. Безуспешно. Точно так же пропал и брат Александр, который в 41-ом году учился в Ленинграде.

Немцы наступали стремительно. По деревне поползли слухи, что фашисты не любят советскую молодежь и жестоко с ней расправляются. Поэтому самая старшая сестра Любаши после объявления о начале войны сразу уехала в Мурманск – участвовать в боевых действиях в Баренцевом море.
- Мы и не поняли, как началась война, - говорит женщина. – Только трудоспособное население сразу отправили рыть противотанковые рвы и устанавливать надолбы в нескольких километрах от деревни.

А потом Кингисеппский район оказался в оккупации. Начались налеты и на Домашово.

- Деревня у нас была красивая, барская, не иначе. Огромный пруд с чистой водой, в котором водилась форель. Парк с вековыми деревьями, зелеными аллеями и вымощенными тропинками. А посреди деревни стояло большое, добротное овощехранилище. Во время бомбежек мы там всей деревней прятались.

Любочкина кукла

Сканировать10003Люба с племянниками, 1950-е гг.

Когда начались бои за Ленинград, немцы стали отправлять жителей окрестных сёл в концлагеря и плен на территорию Европы. Маленькая Люба вместе с мамой, сестрой Ольгой и братом Костей оказалась в Литве.

- Приехала за нами большая машина. Разрешили взять только самые необходимые вещи. Покидали в большой цыганский платок кое-какую одежонку, документы и крепко завязали его в узел – чемодана у нас не было. Ехать предстояло 15 километров до железнодорожной станции Котлы. Мама вспоминала, как деревенские ребятишки испуганно прижимались к своим матерям и боялись даже пошелохнуться, а я начала орать. Подняла хай из-за тряпичной куклы, которую забыла в нашем доме. Переводчик не выдержал, сбегал за этой куклой и закинул мне её в кузов машины. Я сразу успокоилась. Эта кукла со мной всю войну прошла.

На станции пленных погрузили в железнодорожные вагоны, в которых в мирное время перевозили скот. Накидали соломы на пол и состав с переполненными страхом и ужасом людьми отправился в Литву.

На границе в распределительном пункте за колючей проволокой пленных обрили и провели через санитарную зону – обработали от вшей. Ольгу отправили на торфяные разработки – заготавливать брикеты для топлива. Костю – пасти скот. Любашу и маму забрал мужчина, который выращивал лошадей для немецкой армии. Женщина работала на конюшне, а девочка была предоставлена сама себе.

Жить их определили в подвал дома с земляным полом, по которому постоянно скакали блохи. Иногда хозяева посыпали подвальную землю белым порошком – травили насекомых. Мама Любы женщиной была работящей, поэтому её с ребенком не обижали.

Сканировать10006Мама Любови Михайловны (на фото справа) с сестрой, 1952 г.

- Местные дети со мной не дружили, - вспоминает малолетняя узница. – Смеялись надо мной, подшучивали. Иной раз пробегут мимо, зад покажут и с хохотом удирают. Я же была слишком самостоятельной, одиночкой даже. Мне и кукле друзья по играм были не нужны.

В 1943-ем году в конюшне с поводьев сорвался жеребец и затоптал мать девочки.

- Это самое страшное, что случилось со мной в плену, - чуть слышно говорит Любовь Михайловна. – Мама два дня пролежала без сознания, а я – четырёхлетняя, убежала и скиталась по окрестным хуторам в поисках еды, пока местный священник не приютил меня и не отправил подводом к маме. После этого случая мне строго-настрого запретили выходить из дома, пока мама не поправится. Женщина она была сильная, выкарабкалась, но горбинка на позвоночнике в том месте, куда её ударил конь, так на всю жизнь и осталась.

Недалеко от хутора на пятачке был устроен небольшой лагерь с кострищем, который периодически отвоёвывали то немцы, то русские. Люба брала свой плоский зеленый котелок с крышкой и ходила к кострищу за едой.

- Я не понимала, что такой поход может обернуться бедой, - улыбается она. – Меня подкармливали и наши, и немцы. Никто не обижал. Правда, когда там стояли солдаты Вермахта, мама меня к ним старалась не отпускать.

Дом советов

Осенью 44-го года, когда фашистские войска начали оттеснять с оккупированных территорий, узников концлагерей и пленных, тех, кто сумел выжить, начали отправлять домой. В распределительном пункте, куда однажды уже привозили семью девочки, они с мамой встретили освобожденных сестру и брата. До Домашово добирались поездом целый месяц и в ноябре вернулись домой. Деревня была разбита, но дом Коротковых уцелел. Там они и поселились, взяв к себе троих детей крёстного Любы, мать которых умерла в плену в Литве, а отец еще не вернулся с фронта. Пришел через год. Раненый, но живой.

Жизнь пошла своим чередом. Взрослые восстанавливали разбитую деревню, попутно пытаясь найти пропитание для семей. В конце осени Костя и Люба бегали на картофельное поле за деревню – выкапывали мерзлую картоху, из которой мама пекла лепешки.

Практически сразу после возвращения домой Ольгу забрали восстанавливать разбитую немцами Гатчину. Там она и осела. Брата Костю отправили в Саратов учиться на шофера. Любаша осталась с мамой.

- В школу я пошла только в 1948 году, - рассказывает она. – У меня обуви не было, а до школы надо было пять километров пешком каждый день ходить. Помню, как директор нашего Совхоза привез мне галоши – черные, блестящие, с красной байкой внутри. Не галоши, а настоящие туфли (смеётся).

В школе Любу Короткову прозвали «Дом советов».

- Мне однажды брат из Саратова привез большущий портфель с накладными карманами. Я в нем и книжки, и ручки, и линейки с тетрадками носила. А одноклассники что? Пару книжек под мышку и бегут в школу. Вот я всех и снабжала: кому ручку, кому листочек в клеточку. Все в моем портфеле найти было можно. Потому меня и называли Люба – Дом советов.

Сканировать10005Люба со школьной подругой

Оберег

Десятилетку Люба окончила у сестры в Гатчине. Как-то по дороге из Гатчины в родную деревню ехала автобусом. В Бегуницах машина сломалась, и девушка сидела на остановке, раздумывая, что ей делать – до дома 30 километров пути. Подошли военные ребята. Сначала потешались над ней: «Девчушка, девчушка...», а потом познакомились, обменялись адресами и стали слать друг другу письма. Одним из этих ребят оказался будущий муж Любови Михайловны – Виктор Александрович. И в 21 год Люба Короткова сменила фамилию на Батилова.

- С Витей мы прожили 45 лет. Хорошо жили, дружно. У нас две дочери, три внучки и правнук подрастает. Супруга уже не в живых, но я храню о нем самые теплые воспоминания.

Трудовая деятельность малолетней узницы связана с торговлей. В этой отрасли Любовь Батилова проработала до выхода на пенсию. Но без дела сидеть не стала. Вступила в Общество несовершеннолетних узников фашистских концлагерей, начала посещать занятия в Школе третьего возраста. До сих пор катается на велосипеде, ходит на лыжах, пишет стихи, рассказы и преподает в этой школе кружок народной куклы.

DSC 0276

- Как только я научилась читать и запоем при керосинке читала сказки, моя тряпичная кукла из детства куда-то пропала, - рассказывает Любовь Михайловна. – Искала её, но не нашла. Помню, лицо у неё было сильно размалёвано. Никто не понимал эмоций этой куклы, только я. Теперь сама создаю кукол, у меня их много. Но ту – первую, я помню до сих пор. Для меня это была не просто кукла, а оберег, который хранил меня и моих близких в годы войны.

Галина КАРТАШОВА